Ташкент, Узбекистан — Механизм трансграничного углеродного регулирования ЕС (CBAM) может увеличить расходы узбекских экспортеров удобрений и металлов, поставляющих продукцию на европейский рынок.
В качестве ответа Узбекистану предлагается развивать внутреннее углеродное регулирование, систему проверки выбросов и низкоуглеродное производство. Об этом говорится в аналитическом материале Центра прогрессивных реформ, автором которого выступил экономический аналитик Рахматилла Убаев.
В 2024 году Узбекистан экспортировал в Евросоюз товары на 1,7 млрд долларов и привлёк оттуда инвестиции на 4,1 млрд долларов. По оценке автора, в 2025 году экспорт в ЕС мог вырасти примерно на 12%, до 1,9 млрд долларов. Расчёт основан на применении темпов роста экспорта по отдельным отраслям к показателю предыдущего года.
По базовой оценке анализа, около 9% узбекского экспорта в ЕС может прямо или частично подпасть под действие CBAM. В первую очередь речь идёт об удобрениях и отдельных категориях металлов. При этом юридическая обязанность приобретать углеродные сертификаты возложена на европейских импортёров, однако связанные с этим расходы могут повлиять на цены, контракты и условия доступа узбекских производителей на рынок.
Как работает механизм CBAM
С 1 января 2026 года Евросоюз перешёл к окончательному этапу внедрения механизма. Он распространяется на импорт цемента, железа и стали, алюминия, удобрений, электроэнергии и водорода. Европейские импортёры должны приобретать сертификаты, соответствующие объёму выбросов углекислого газа при производстве ввозимой продукции.
По данным Европейской комиссии, цена сертификата CBAM в первом квартале 2026 года составляла 75,36 евро за тонну CO₂.
Продажа сертификатов за импортированную в 2026 году продукцию начнётся 1 февраля 2027 года. Первую годовую декларацию и сертификаты необходимо будет представить до 30 сентября 2027 года.
Изменения, принятые в рамках регламента Omnibus в октябре 2025 года, также установили порог в 50 тонн. Импортёры, ввозящие не более этого объёма охватываемых механизмом товаров за год, освобождаются от требований по отчётности и сдаче сертификатов. Исключение составляют водород и электроэнергия.
Удобрения могут столкнуться с дополнительными расходами
В 2024 году около 46% экспорта Узбекистана в ЕС приходилось на уран. При этом Евросоюз закупил 86% всего уранового экспорта страны.
Одной из значимых категорий с точки зрения CBAM остаются удобрения. В январе–ноябре 2025 года экспорт удобрений из Узбекистана увеличился на 33,7%, достигнув 426 млн долларов. Если поставки в ЕС росли аналогичными темпами, их стоимость могла увеличиться примерно с 96 млн долларов в 2024 году до 128 млн долларов в 2025 году. Эта цифра является расчётной оценкой автора.
В качестве примера потенциальных расходов в исследовании рассматривается карбамид. При условной интенсивности выбросов в 1,6–2 тонны CO₂ на тонну продукции и цене сертификата 75,36 евро валовые углеродные расходы составили бы примерно 121–151 евро на тонну карбамида.
При условной рыночной цене удобрения в 350 евро за тонну это соответствует примерно 35–43% его стоимости. Автор подчёркивает, что данный расчёт носит иллюстративный характер и не отражает фактические обязательства по CBAM.
Реальные выплаты будут зависеть от подтверждённых выбросов, корректировок с учётом бесплатных квот и зачёта углеродных платежей, произведённых в стране происхождения товара.
Бесплатные квоты в рамках системы торговли выбросами ЕС будут постепенно сокращаться. Согласно приведённым в анализе данным, их отмена составит 2,5% в 2026 году, 48,5% к 2030 году и достигнет 100% в 2034 году.
Алюминий может получить конкурентное преимущество
В исследовании отмечается, что средняя интенсивность выбросов в алюминиевой отрасли Узбекистана, согласно оценкам Всемирного банка за 2025 год, ниже, чем у производителей ЕС. Это может стать преимуществом при применении CBAM.
Однако для его реализации узбекским производителям необходимо подтверждать фактические выбросы с помощью надёжного мониторинга и независимой проверки на уровне предприятий.
Четыре шага для снижения рисков
Автор предлагает четыре направления работы. Первое — введение внутренней цены на выбросы углерода. Если уплаченный в Узбекистане углеродный сбор будет документально подтверждён в соответствии с правилами ЕС, его можно будет вычесть из обязательств по CBAM. Это также позволит направлять часть доходов от углеродного регулирования на модернизацию промышленности.
Второе направление — создание надёжной системы измерения, отчётности и верификации выбросов. Без подтверждённых данных экспортёры рискуют столкнуться с расчётами по стандартным значениям ЕС, которые могут привести к более высоким платежам.
Третья мера предполагает расширение использования возобновляемой энергетики в промышленности. В качестве примера автор приводит производство первой возобновляемой аммиачной продукции на заводе ACWA Power Chirchiq в июле 2025 года.
Кроме того, в Навои рассматривается проект мощностью 200 тысяч тонн. Подтверждённые данные о выбросах при производстве удобрений с использованием возобновляемых источников энергии могут помочь снизить углеродные расходы.
Четвёртое направление — развитие технического диалога с Евросоюзом. В октябре 2025 года представители Узбекистана уже обсуждали с профильными подразделениями Еврокомиссии упрощение CBAM и техническую поддержку для создания внутренней системы торговли выбросами. Автор предлагает перевести эти контакты в систематическую работу с конкретными программами помощи, распределением ответственности и сроками реализации.
В заключении аналитик отмечает, что непосредственные расходы узбекских экспортёров в 2026 году могут быть относительно невысокими, но будут расти по мере сокращения бесплатных квот в ЕС. Для оценки реального воздействия механизма он предлагает составить перечень охватываемых экспортных поставок и получить проверенные данные о выбросах крупнейших производителей.
Узбекистан поставил цель к 2035 году сократить интенсивность выбросов парниковых газов на единицу ВВП на 50% по сравнению с уровнем 2010 года.
По оценке автора, достижение этой цели потребует эффективных инструментов регулирования, укрепления институционального потенциала и последовательных инвестиций в низкоуглеродную промышленность.
