Ташкент, Узбекистан — Уровень бедности в Узбекистане снизился с 17 процентов в 2021 году до 5,8 процента в 2025 году, а из состояния бедности за этот период вышли около 3,7 миллиона человек. Об этом говорится в докладе Всемирного банка «Оценка бедности и равенства возможностей в Узбекистане: путь к процветанию — расширение возможностей для всех», подготовленном региональным департаментом Европы и Центральной Азии.
По данным доклада, снижение бедности в Узбекистане стало одним из самых быстрых среди стран со средним уровнем дохода в мире. Реальные подушевые расходы домохозяйств росли в среднем на 7 процентов в год в 2021–2024 годах, что вывело страну на седьмое место среди стран со средним доходом по этому показателю. По международной черте бедности для стран с доходом выше среднего (8,3 доллара в день по паритету покупательной способности 2021 года) уровень бедности в Узбекистане сократился с 38 до 12,4 процента, а сама страна обеспечила почти 40 процентов всего снижения числа бедных в регионе Европы и Центральной Азии за этот период.
Схожая динамика зафиксирована и по другим международным индикаторам бедности. По черте крайней бедности (3 доллара в день по паритету покупательной способности 2021 года) показатель для Узбекистана снизился с 4,4 процента в 2022 году до 2,3 процента в 2025 году. По многомерному индексу бедности Всемирного банка, который учитывает не только доходы, но и доступ к базовым услугам, показатель сократился с 4,4 процента в 2021 году до 2,7 процента в 2024 году. Кроме того, «разрыв процветания» — показатель, отражающий, во сколько раз в среднем должны вырасти доходы населения, чтобы достичь уровня стран с высоким доходом, — сократился с 3,8 в 2021 году до 2,4 в 2025 году.
Одновременно с сокращением бедности в Узбекистане, как отмечается в докладе, происходит быстрый рост среднего класса. Его доля выросла с 37 до более чем 72 процентов населения за 2021–2025 годы, при этом доля уязвимого населения — то есть тех, кто рискует вновь оказаться за чертой бедности, — сократилась с 45,7 до 22,1 процента. Анализ данных панельных обследований домохозяйств за 2019–2024 годы показывает, что 44 процента населения страны перешли в более высокий экономический класс, тогда как нисходящую мобильность испытали лишь 11 процентов; при этом около трети тех, кто находился за чертой бедности в 2019 году, оставались бедными и в 2024 году. Верхний слой среднего класса в Ташкенте за указанный период вырос более чем втрое, хотя определённый прогресс отмечается и в других регионах и сельской местности.
Всемирный банк отмечает, что бедность в Узбекистане перестала быть преимущественно сельским явлением: разрыв между городской и сельской бедностью практически исчез — с 5,9 до 1,2 процентного пункта, — поскольку сельская бедность сокращалась быстрее городской. Тем не менее, по данным доклада, показатели уязвимости остаются высокими практически во всех регионах, за исключением Ташкента, где как минимум пятая часть населения по-прежнему находится в зоне риска. При этом уязвимость к бедности слабо коррелирует с климатическими рисками, что, по мнению авторов доклада, требует более адресных и дифференцированных по территории мер социальной поддержки.
Согласно докладу, ключевым драйвером снижения бедности стал рост занятости среди бедных мужчин: доля бедных мужчин, имеющих оплачиваемую работу, увеличилась с 18 до 46 процентов в 2022–2025 годах на фоне сокращения трудовой миграции и перехода от сельского хозяйства и самозанятости к наёмному труду внутри страны. Реальная заработная плата среди более бедных домохозяйств выросла на 11–12 процентов как в государственном, так и в частном секторе. Вместе с тем авторы доклада указывают, что около 60 процентов бедных наёмных работников трудятся без письменных трудовых договоров или базовых социальных гарантий, а более 40 процентов заняты на нерегулярной, временной или сезонной основе.
Отдельное внимание в докладе уделено положению женщин на рынке труда. Среди неактивных взрослых в бедных и уязвимых домохозяйствах 92 процента составляют женщины, и около 85 процентов из них называют основной причиной отсутствия работы уход за детьми и домашние обязанности. Женщины с детьми в возрасте до двух лет на 36 процентов реже имеют работу по сравнению с женщинами без детей. Среди работающих женщин заработная плата в среднем на 35–40 процентов ниже, чем у мужчин, — этот разрыв, по данным доклада, примерно на 20 процентных пунктов превышает среднемировой показатель.
Доклад также фиксирует пространственную неравномерность экономического прогресса: несмотря на сближение показателей бедности между регионами, расширение среднего класса остаётся крайне неравномерным и сконцентрировано главным образом в Ташкенте и Ташкентской области, на долю которых приходится более половины всех высококвалифицированных рабочих мест в частном секторе страны.
В числе приоритетных направлений политики Всемирный банк называет расширение доступа бедных и уязвимых слоёв населения к качественному образованию и востребованным на рынке труда навыкам, включая STEM и цифровые компетенции; развитие транспортной и цифровой связанности отстающих регионов с центрами роста; расширение доступного, в том числе арендного, жилья в Ташкенте и крупных городах для повышения внутренней трудовой мобильности; снижение барьеров для трудоустройства женщин за счёт расширения доступа к дошкольному образованию и уходу за детьми младшего возраста; а также повышение адресности социальной защиты, в том числе за счёт улучшения системы пособий для малообеспеченных семей и постепенного отказа от нецелевых субсидий на энергоносители и коммунальные услуги в пользу адресной социальной помощи.
По расчётам авторов доклада на основе макро-микромоделирования, реализация пакета реформ в сфере образования и профессиональных навыков может к 2040 году дополнительно снизить уровень бедности на 0,8 процентного пункта, уязвимости — на 2,1 процентного пункта, а долю среднего класса — увеличить на 2,9 процентного пункта по сравнению со сценарием сохранения текущей политики. Меры по расширению доступа к дошкольному уходу за детьми, повышению квалификации женщин и увеличению пенсионного возраста для женщин, по оценке Всемирного банка, могут снизить бедность на 0,7 процентного пункта, уязвимость — на 1,8 процентного пункта и увеличить долю среднего класса на 2,4 процентного пункта за тот же период.
